Юрист с большой буквы

15 июня 2017 года, 15:39 506 Ирина Николенко
. - Юрист с большой буквы
Перед ним открывают двери все закрытые учреждения области, и посещает он их не из праздного любопытства, а для того, чтобы изменить уголовно-исполнительную систему республики к лучшему. Сегодня в фокусе нашего внимания депутат, юрист, общественник, защитник прав человека и заведующий кафедрой уголовного права и уголовного процесса ВКГУ им. С. Аманжолова, доктор юридических наук Куат Рахимбердин. По итогам 2016 года он стал лучшим юристом Казахстана. Что особенного этот человек знает о тюремной системе страны, какие пробелы в законодательстве старается устранить - об этом наше интервью. 

? Куат Хажумуханович, Вы видите много недочетов в казахстанском законодательстве и вносите предложения, которые могли бы улучшить работу уголовно-исполнительной системы. Какие проблемы сейчас существуют?
- Я провел два экспертных исследования по вопросам соблюдения прав заключенных, а также по проблемам противодействия пыткам и жестокому обращению в Республике Казахстан. И обратил внимание на следующее. Например, после вступления в законную силу обвинительного приговора, осужденных этапируют в исправительные учреждения. Из-за больших расстояний перевозка людей в так называемых «автозаках» и «вагонзаках» может длиться дни и даже недели. У осужденного в это время нет никаких гарантий защиты от пыток, а сами условия этапирования выступают как проявление жестокого обращения с заключенным, ведь площадь некоторых камер в «автозаках» составляет половину квадратного метра! Европейский суд по правам человека рассмотрел уже несколько дел в отношении Российской Федерации по проблемам конвоирования заключенных и признал, что камеры такой площадью непригодны для перевозки людей. Это важно и для Казахстана потому, что органы и учреждения МВД РК используют спецтехнику для этих целей в основном российского производства.
? Среди осужденных есть уязвимые категории, например, инвалиды. С какими проблемами приходится сталкиваться им?
- Проблема доступа инвалидов к общественным объектам у нас пока не решена даже в условиях свободы. Об этом на совещании Правительства РК 16 мая говорил Премьер-Министр Бакытжан Сагинтаев. Как в «кривом» зеркале, эти проблемы отражаются в тюремной системе Казахстана. В Уголовно-исполнительном кодексе РК нет какого-либо механизма реализации прав таких осужденных, а статья 117 УИК РК, посвященная медико-санитарному обеспечению, вообще не упоминает об инвалидах. В исправительных учреждениях нет адаптационных средств для них. Нигде не решен вопрос о том, кто будет их перемещать, например, в случае паралича конечностей, для приема пищи, для санитарно-гигиенических процедур и тому подобное. Взять хотя бы помывку заключенных в бане. Согласно законодательству, как для здорового заключенного, так и для человека с ограниченными возможностями предоставляется одинаковое количество времени. А представьте себе осужденного, у которого нет одной руки. Кто ему наберет шайку воды, кто перенесет ее на место помывки? Вопрос остается открытым, и в ежедневной жизни у инвалидов таких нерешенных вопросов десятки.
? Есть ли еще категории осужденных, проблемы которых попросту не замечают?
- К уязвимой категории я бы отнес также трансгендерных заключенных, или лиц с неопределенной половой идентификацией. Приведу пример, в ноябре 2016 года сотрудники следственного изолятора ЛА 155/18 ДУИС Алматы отказались принимать гражданина, который в результате операции сменил мужской пол на женский. Не удовлетворившись заключением врачей ИВС города Алматы относительно половой принадлежности, сотрудники СИЗО повторно осмотрели трансгендера, тем самым унизив его человеческое достоинство. А после вынесения обвинительного приговора возник вопрос, где будет отбывать наказание данное лицо, в мужской или женской колонии? Конечно, таких заключенных едва ли будет большинство, но даже единичные случаи показывают, что проблема существует. 
? Много разговоров сейчас идет о том, что осужденным трудно получить условно-досрочное освобождение, а иногда оно необходимо человеку, например, по состоянию здоровья. Как Вы считаете?
- Да, проблема есть. По данным статистики КУИС МВД РК, в 2016 году было подано 6730 ходатайств об УДО. Суды удовлетворили 4284 ходатайства, 2068 осужденным отказали. Во время совместных посещений исправительных учреждений с заместителем прокурора Восточно-Казахстанской области Нурланом Бижановым и личного приема осужденных мы получили десятки обращений по вопросу предоставления УДО. Выяснилось, что от сидельцев требуют справки о наличии места жительства и места работы после освобождения. Но ведь это абсурд, нельзя дискриминировать заключенного по социальному признаку – трудовой занятости, также как и требовать подтверждения наличия места жительства. Многие осужденные, особенно с большими сроками, либо вообще не имели жилья, либо его утратили. В Центрах реабилитации для освободившихся можно разместить несколько десятков человек, вышедших из тюрем гораздо больше. Поэтому требование таких справок – это создание дополнительных бюрократических препятствий для получения УДО. 
? А как Вы относитесь к амнистии?
- За годы независимости в Казахстане девять раз объявлялась амнистия. Почему так много, ответ прост, ведь она была единственным «инструментом» сокращения тюремного населения Казахстана. Но сама по себе не решала проблемы. Заключенного амнистировали, он освобождался, вновь совершал преступление, суд и вновь колония. Считаю, что частое применение такого гуманного акта как амнистия – это подрыв доверия к правосудию. Представьте, Вы пострадавший, жертва преступления и тот человек, который его совершил, выходит на свободу. Здесь я могу процитировать слова генерального прокурора РК Жакипа Асанова, я с ним абсолютно согласен, что «амнистия - это не тот правильный шаг».   
? Вы заведуете кафедрой и преподаете студентам. А читаете ли Вы лекции зарубежом? 
- В апреле меня пригласили прочитать авторский курс «Гуманизация уголовной политики Казахстана» в старейший университет мира – Стамбульский. В течение двух недель я рассказывал студентам, магистрантам, профессорам юридического факультета о том, как меняется уголовная политика в нашей стране, о том, что мы смогли сократить тюремное население более чем в три раза, сформировали институт общественного контроля в местах лишения свободы, создали новый институт пробации в республике, первыми в государствах Центральной Азии. 

Досье:

Куат Рахимбердин - заведующий кафедрой уголовного права и уголовного процесса ВКГУ им. С.Аманжолова, доктор юридических наук, руководитель Восточно-Казахстанского филиала Казахстанского Международного бюро по правам человека, депутат усть-каменогорского городского маслихата VI созыва. Работает в составе Общественного совета по вопросам деятельности органов внутренних дел РК. По итогам 2016 года стал обладателем номинации «Лучший юрист года Республики Казахстан». 

Инфобокс: В тюрьмах Восточного Казахстана содержится более четырех тысяч заключенных. 

Инфобокс: Автозак - спецавтомобиль на базе грузового автомобиля, автобуса или микроавтобуса, оборудованный для перевозки подозреваемых и обвиняемых, сделан так, что исключает возможность побега. Вагонзак - специальный вагон для перевозки подследственных и осужденных.
Теги:

Обсуждение

При размещении комментариев к публикациям, ознакомтесь пожалуйста, с правилами сайта.
Мы напоминаем вам о необходимости уважать собеседников.

Новости по теме

Другие новости раздела

Получайте уведомления от Устинка Live